Published 2011-05-04

This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.
How to Cite
Abstract
В статье рассматривается ряд вопросов, относящихся к речи императора Юлиана К Гелиосу, гимну к богу и вместе исповеданию веры, которая должна стать основанием для возрождаемого им язычества. Автор приходит к следующим выводам: 1) определяющим для Юлиана в речи, как и в других случаях, оказывается близость к Гелиосу, а не к нередко идентифицируемому с последним Митре и его мистериям; 2) “посвящение”, которого Юлиана должен удостоить Гелиос, состоит не в обрядах таинств, но в философском постижении, которое в духе Платона понимается как приобщение к мистериям, сверх того, однако, в традиционном культе богов, включая и кровавые жертвы; 3) солнечная теология речи несмотря на влияние в целом на Юлиана философии Ямвлиха, в данном случае представляет собой скорее самостоятельное развитие его учения; 4) также не играет роли в речи теургия, которой Ямвлих придает решающее значение в приобщении к богу: место теургии заменяют познание, духовное усилие и внутренний поворот к Гелиосу.